Суббота
24.06.2017
02:57
Приветствую Вас Гость
RSS
 
Свет знания
Главная Регистрация Вход
О добре и зле, радости и страдании »
Поиск

Вася Обломов

Меню сайта

Календарь
«  Июнь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Поделиться

Время жизни сайта

С традиционно-религиозной точки зрения понятия о добре и зле ниспосланы человеку от Бога. Однако внимательное чтение той же Библии приводит к заключению, что это не так. Во-первых, в Библии нет как таковых понятий добра и зла, а есть лишь понятия об исполнении или нарушении воли Бога. При этом ряд вещей, которые Библия называет волей Бога, вызывает у нас чувство негодования или отвращения, потому что совершенно не совпадают с нашими представлениями о добре и зле.

Так, например, по «воле Бога» нужно было убивать нарушителей закона, причём не только в случаях тяжёлых преступлений, но и в случае поклонения чужим богам и даже в случае работы в субботний день. По «воле Бога» израильтяне должны были убивать во время войн не только вражеских солдат, но и женщин с грудными детьми. По «воле Бога» Ездра заставляет иудеев прогнать от себя иноземных жён вместе с рождёнными ими детьми. Нарушение этой «воли Бога» считается тяжёлым грехом. О каких же понятиях добра и зла может идти речь?


Конечно, со временем нравственные представления развиваются, и уже в книгах пророков мы находим идеи, близкие и вполне созвучные нашим. Тем не менее, возникает вопрос: как же быть с жестокими предписаниями Ветхого Завета? Разве представления Бога о добре и зле меняются? Не гораздо ли логичнее подумать, что меняется сознание людей, а Библия лишь отражает эти изменения? Но тогда очевидно, что не Бог «свыше» даёт людям нравственные представления, а сами люди созревают до их понимания.


Каковы их источники и причины? Что представляют собою добро и зло?


С эволюционной точки зрения существуют два подхода к пониманию возникновения морали – биологический и социальный. Сторонники биологического подхода рассматривают возникновение морали через изучение их аналогов у животных. Сторонники социального подхода рассматривают развитие морали через изучение изменений общества на протяжении истории. Оба эти подхода, с моей точки зрения, вполне совместимы друг с другом. Таким образом, я придерживаюсь эволюционного понимания происхождения морали.


Я рассматриваю сотрудничество, взаимопомощь, сострадание, милосердие, любовь, альтруизм, то есть те явления, которые мы называем добром, как в высшей степени целесообразные в масштабах мира как единой системы. А такие явления как враждебность, ожесточённость, эгоизм, гордыня, непримиримость, неспособность прощать, которые относятся к проявлениям зла, напротив, являются нецелесообразными, иррациональными, разрушительными в мировом масштабе.


Почему имеет значение мировой масштаб? Ранее уже было сказано, что вся Вселенная представляет собою единое целое, которое невозможно делить на части вследствие постоянного круговорота потоков энергии и постоянных взаимосвязей всего друг с другом. Одно явление или событие мгновенно порождает огромное число последствий, каждое из которых так же мгновенно производит огромное число новых последствий.


При рассмотрении этой взаимосвязанности всего со всем по отношению к миру людей и их поступкам обнаруживается, что социум является такой же сложно организованной системой. Но социум не живёт в отрыве от природной среды земли, а природная среда земли не живёт в отрыве от всей вселенной. Таким образом, хотя законы физические, законы социальные и законы нравственные являются различными, но в совокупности они составляют единую и неделимую Реальность мироздания. Взаимосвязанным оказывается всё без исключения. Поэтому и нравственные понятия являются не кем-то выдуманными правилами, которые воспитание и общество диктуют нам, а отражением закономерности всего мира.


Наиболее известными примерами, подтверждающими это, являются экологические проблемы: эгоистичное отношение человека к окружающей среде вызывает такое нарушение баланса, которое причиняет человеку ответный вред. Так же известным примером являются гордые и эгоистичные отношения на международном уровне. Когда правительства и народы заботятся лишь о своих интересах, ведут агрессивную политику, войны, гонку вооружения, это приводит к страданиям со всех сторон, и в конечном итоге человечество изобретает такие виды оружия, применение которых может уничтожить всех и саму жизнь на земле как таковую. На уровне нравственности отдельного человека можно привести в пример простую закономерность: когда человек заботится лишь о себе, окружающие не имеют к нему симпатии и редко приходят на помощь, если она ему требуется. Таким образом, человек получает ответ на своё собственное поведение. Наконец, в психологии известно, что гордость, самовлюблённость, эгоизм могут превращаться в патологию, болезнь, как и немилосердие, непрощение разрушают психическое здоровье. В этих случаях человек получает ответный удар от своего собственного организма и своей психики.


Подобных примеров, подтверждающих, что законы нравственности отражают вселенские законы, можно найти множество. Я убеждена в том, что то, что мы называем добром, приносит благо не только тем, по отношению к кому оно совершается, но в силу взаимосвязей оно приносит благо и совершающему. Напротив, совершение зла, хотя и кажется выгодным, но в конечном итоге причиняет вред всем, и самому совершающему в том числе.


На рисунке изображён круг рождений и смертей


В этом отношении делаются актуальными древние представления о карме. Хотя тут я хочу сделать существенную оговорку. В традиционно-религиозном представлении страдания или счастье человека связываются с его личными действиями: страдаешь, значит, нагрешил либо в этой жизни, либо в прошлых жизнях. Подобный подход представляется мне примитивным. В мире происходит масса страданий невинных.


С точки зрения описанной мной картины мира как единого целого невозможно радость и страдание одного человека рассматривать в отрыве от других. Не существует разрозненных индивидов, существует единый организм, включающий в себя человечество и всю Вселенную. Таким образом, радость и боль одного связаны с радостью и болью всех. Зло и добро одного отражаются на всех. Счастье или, как говорят в религии, спасение, невозможно заслужить в одиночку и для себя одного. Зло или, как говорят в религии, грех, причинит страдание не только одному грешнику, но всем.


Хотя этот подход и кажется противоречащим ортодоксальной доктрине, подобные интуитивные прозрения происходят и в традиционных церквах. Так, например, апостол Павел называет верующих «Телом Христовым», то есть рассматривает отдельных индивидов включёнными в единый духовный организм. Он пишет: «Страдает ли один член, страдают с ним все члены; славится ли один член, с ним радуются все члены. И вы – Тело Христово, а порознь – один для другого члены».


Вспомним, как мы себя чувствуем, когда что-то болеет в нашем организме. У нас даже в речи это отражается, когда мы говорим: «я болею». Болеет в организме что-то одно, но это тотчас отражается и на других органах, и на самочувствии всего человека в целом. Подобная взаимосвязь проявляется во всём мире.


«Ибо всё как океан, всё течет и соприкасается, – пишет православный епископ в Англии Каллист Уэр, – В одном месте тронешь, в другом конце мира отдается. … мир представляет собой неделимое целое; таким образом, спасение каждого человека неразрывно связано со спасением всего человечества и даже, еще шире, со спасением всей вселенной. Вот почему слова апостола Павла "Мы члены друг другу" (Еф. 4:25) должны быть осмыслены во всей широте их значения. Мы, люди, не только зависим друг от друга, как члены одного тела, но и с животными мы связаны узами родства, и с деревьями, и с растениями, со скалами и землей, с воздухом и водой». (Епископ Каллист Уэр, «Спасение по учению преподобного Силуана Афонского»).
С подобной точки зрения, вера в традиционно-ортодоксальную доктрину о разделении людей на тех, кто будет проводить вечность в раю, и тех, кто будет проводить вечность в аду, оказывается трудной. Не говоря о совершенной абсурдности найти смысл в идее невозможности избавления от вечных мук даже в случае раскаяния, притом, что Бог понимается как милосердный и сострадательный, встаёт ещё и проблема отношения праведников в раю к этим вечным мукам грешников в аду.

Неудивительно, что даже среди ортодоксов присутствует надежда на конечное спасение всех людей. В частности, тот же епископ Каллист Уэр имеет статью «Смеем ли мы надеяться на спасение всех?», где обосновывает эту надежду. Он пишет:
«Волнующая нас дилемма предельно ясно сформулирована в следующем разговоре, записанном архимандритом Софронием, учеником старца Силуана из Афона: "Для старца Силуана было особенно характерным молиться за умерших, томящихся во аде... Для него было несносным сознавать, что люди будут во "тьме кромешной". Помним его беседу с одним монахом-пустынником, который говорил: «Бог накажет всех безбожников. Будут они гореть в вечном огне». Очевидно, ему доставляло удовлетворение, что они будут наказаны вечным огнем. На это старец Силуан с видимым душевным волнением сказал: «Ну, скажите, пожалуйста, если посадят тебя в рай, и ты будешь видеть, как кто-то горит в адском огне, будешь ли ты покоен?». «А что поделаешь, сами виноваты», – говорит тот. Тогда старец со скорбным лицом ответил: «Любовь не может этого понести... Нужно молиться за всех».

Для католиков, имеющих доктрину о временной каре в чистилище, ад вечен, но неизвестно, попадёт ли в ад хотя бы одна душа. Один из католических богословов изрекает фразу: «ад есть, но он пуст».


Для любого здравомыслящего человека вечное наказание без возможности избавления – это абсурд, противоречащий элементарной логике и, главное, человеческому чувству милосердия и сострадания, притом, что Бог считается обладателем этих качеств в неизмеримо большей степени, чем человек.


С точки зрения картины мира как единого целого, гораздо более высокой и последовательной выглядит позиция так называемых Бодхисаттв в буддизме, которые берут на себя обязательство оставаться в этом мире, отказываясь от полного погружения в блаженство нирваны, до тех пор, пока в нём страдает хотя бы одно живое существо.
«Пока существует пространство, пока живые живут, да буду и я вместе с ними рассеивать страдания тьму», – говорится в известном стихотворении, выражающем обет Бодхисаттвы.
Читайте далее: О гуманизме и безусловной любви
Перевести

Лев Толстой

Избранные страницы

Моя сеть
ОСНОВНЫЕ САЙТЫ


Моя рассылка
Изучение религии в современном мире: Религиоведческий, социологический, культурно-исторический взгляд.

Ссылки
    Modern Church: Liberal faith in a changing world
Другие полезные ссылки см. в каталоге через меню сайта

Вход на сайт