Суббота
25.11.2017
14:32
Приветствую Вас Гость
RSS
 
Свет знания
Главная Регистрация Вход
Материалы о религии »
Поиск

Вася Обломов

Меню сайта

Категории раздела
История религии [15]
История религии и религиозных конфессий
НРД [17]
Новые религиозные движения, критика "сектоборцев"
Разное [20]
Различные темы

Другие разделы

Ссылки
    Modern Church: Liberal faith in a changing world
Другие полезные ссылки см. в каталоге через меню сайта

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Время жизни сайта

Главная » Статьи » Религия и общество » НРД

Алла Авилова. Иной выбор

Прежде вера расценивалась как часть судьбы, которую не выбирают. Когда "жить по-своему" становится общественной нормой, то меняется и отношение к вере. Свобода личности, означавшая прежде в религиозной жизни свободу выбирать общину и пастыря внутри доставшейся при рождении конфессии, в странах европейской культуры не имеет больше ограничений. Перейти из католичества в протестанство или наоборот, приобщиться к буддизму, стать астрологом, шаманом или кабаллистом отважится при желании теперь каждый - будь то конторский служащий или свободный художник, школьный учитель или домашняя хозяйка.

Эмансипация личности и индивидуализация в растущей мере определяют развитие европейской культуры уже с эпохи Ренессанса, однако религиозную жизнь эти процессы едва затрагивали. Положение изменилось лишь недавно, и если говорить о свободном религиозном выборе как общественной норме, то он утвердился в Западной Европе лишь в конце 60-годов ХХ века, то есть всего 30 с небольшим лет назад. Именно тогда, и не раньше, стало возможным приобщаться к "чужим религиям" без риска стать изгоем общества. Это не значит что "иной выбор" теперь не вызывает трения, раздоры, а в отдельных случаях и не меньшие конфликты в ближайшем окружении, чем 100 лет назад, однако толерантность современного европейского общества по отношению к нему просто очевидна, а о карательных мерах и вообще говорить не приходится.

Нью Эйдж и после

Я разделяю мнение тех, кто считает, что в религиозной жизни, а точнее - в ее парадигме, произошел сдвиг, и его последствия необратимы. Так заставляет думать в первую очередь проявление в поведении людей иной системы ценностей. Прежде фундаментом и каркасом религиозной жизни были вера, незыблимые истины, абсолютные авторитеты, обязательные для всех правила поведения, подчинение личной воли наложенным свыше требованиям, - теперь же ее все в большей мере определяют собственное религиозное чувство, свой опыт и духовный релятивизм, не признающий монополию на истину ни за кем и ни за чем.

Такая тенденция сказывается в растущем предпочтении конфессиям религиозных и околорелигиозных течений. Это явление получило название Нью Эйдж - движение Нового Времени. Первоначально оно служило для маркировки самых разных групп и организаций, разделявших идеи духовного плюрализма, холизма (цельности мира, несмотря на все различия) и экологизма (образа жизни в гармонии с окружающей средой). Поскольку и в России появились организации такого рода, то о Нью Эйдж заговорили и у нас, но увы - с той же неряшливостью, которая уже успела скомпрометировать это название на Западе: Нью Эйдж и там и у нас стал ярлыком, который вешают направо и налево и которым еще и злоупотребляют в коммерческих целях.

Все, что типично сейчас для неконфессоинальной сферы в целом, так или иначе восходит к Нью Эйдж идеализму первой волны, с его неприятием догматического и авторитарного духа конфессий, поиском Бога в себе и самостоятельным духовным развитием. Пересмотр отношения к религиозной жизни в Нью Эйдж среде был радикальным. Акцент переместился с послушания на самоосознание, с веры на опыт, с традиции на индивидуальность. Для пионеров Нью Эйджа были характерны протест против консервативных устоев общества, анархизм, стремление к жизни в гармонии с природой и эксперименты с расширением сознания. Последние развели их в разные стороны - одни увлеклись "перемещениями" на иной уровень сознания с помощью наркотических средств (психоделические путешествия), другие - ушли в мистицизм (прежде всего - в восточный), третьи выбрали психологию и психотерапию, что вызвало к жизни т.н. "психотерапии роста" - комбинированные методы воздействия на психику для ее гармонизации и вскрытия внутреннего потенциала личности.

В своем изначальном виде Нью Эйдж движение себя изжило, изжило себя и его название. Последнее теперь срослось с крикливой ярмаркой "учений" и "методик", законсервировавшей отголоски идей и стереотипы поведения, которые были характеры для среды хиппи и других искателей 60-70 годов. А поезд между тем с той станции ушел и едет дальше. В странах европейской культуры духовный плюрализм, утвердившийся вначале в кругах Нью Эйдж, принят как норма общественной жизни, все более нормальными воспринимаются в обществе холизм и экологизм. Представления о "высшем я" и эго, необходимость самопознания и внутреннего роста, преобразование общества через саморазвитие индивидов, гармоничная жизнь вызвали появление самых разнообразных обществ, школ для взрослых и тп., которые все реже отждествляют себя с Нью Эйдж.

Вольности

Религиозная свобода в Европе конца ХХ века - это не только неограниченный выбор религий и духовных традиций, но и вольное обращение с духовными учениями - вплоть до соединения их элементов друг с другом. Новое отношение к религии вполне допускает прежде немыслимые комбинации - например, даосизма с суфизмом, тантры с йогой и ребесинг, христианства с дзэн-буддизмом и т.д., т.д. Следование одной традиции в ее полном объеме все в большей мере вытесняется поиском своего пути, и это, как правило, не самоцель, а результат настроенности на свое религиозное чувство.

Религиозное чувство не поддается рациональному определению, что и понятно. Так или иначе, это чувство соединенности с мирозданием. Мистики называют его отличительными признаками - блаженную радость бытия и умиротворение, они отьечают также отсутствие причинно-следственной закономерности его проявления. Распространено убеждение, что индивидуальное религиозное чувство присуще каждому, но не всеми и не всегда узнается, так как оно чаще всего смутно, переменчиво и смешано с другими чувствами. Если сравнить его с огоньком, вспыхивающим в душе в какие-то мгновения, то все религии ставят своей целью его раздуть и заставить гореть ровным пламенем. Каждая из них пользуется набором средств, на которые должно отозваться религиозное чувство: образами, символами, ритуалами и пр. Интенсивность религиозного отзыва у людей на тот или иной набор определяет как их культурно-историческая принадлежность, так и их индивидуальные особенности. Если в прошлом превыше всего ставилось первое, то теперь большее значение придается второму. Это они, индивидуальные особенности, могут потребовать "иной религиозный выбор", отличный от выбора близких, и свой уникальный путь к Богу.

Последнее - свой путь к Богу - в наше время ставят превыше всего все больше людей . Накапливается коллективный опыт религиозной жизни, построенной только на собственном религиозном чувстве, и ни на чем другом. То, что сейчас выглядит духовным кризисом европейской культуры - это современный вариант библейского исхода со своим блужданием в пустыни. Это возвращение к первоисточнику - своему религиозному чувству, чтобы начать от него новый путь.

Если опыт полной религиозной свободы, опробованной первоначально в Нью Эйдж среде, ограничивается в Западной Европе соприкосновением с ней всего только одного-двух поколений, то в России он еще меньше. Стоит ли удивляться, что у нас на ней обжигается больше народу, чем на Западе, и это происходит прежде всего в неконфессиональной сфере. Разочарования в религиозном либерализме в России сильны, и больше всего - среди гуманитарной интеллигенции. Особенно нервное отношение свободный духовный поиск вызывает в православной среде. Сказывается менталитет, не допускающий ничего хорошего при отсутствии структур, авторитетов и абсолютных истин, а общеизвестная истина, что Бога можно встретить везде, и не только в конфессиональном храме, легко забывается.

Религиозная свобода - медаль с двумя сторонами, но то же самое можно сказать о таких христианских добродетелях, как самоуничижение и послушание. Церковь как правило предпочитает не говорить о том, как они задавливают живость духа и его импульсы к взлету. Идея послушания - часть утопии, где пастыри всегда мудрые и всегда знают, когда их духовным чадам что-то шепчет в ухо ангел, а когда - бес.

Если же говорить о реальности русской православной церкви, то она толкает многих россиян, особенно молодых, делать "иной выбор". Те, кого это огорчает, а тем более - приводят в отчаяние, могли бы что-то изменить, если бы уделяли больше внимания не порокам неконфессиональной сферы, а отсутствию чего-то важного в современном православии, из-за чего церковь последнее время не только не увеличивает свое влияние в обществе, но даже и теряет свою паству.

Я думаю, утверждение идеи многовариантности духовной жизни в российском общественном сознании - вопрос времени, продолжительность которого будет зависеть от качества общения между инакомыслящими. Это качество определяют признание относительности всяких религиозных воззрений, в том числе и собственных, отказ от противопоставления своей веры вере других, интерес к духовному опыту вне "своей религии", а также готовность выносить сор из избы, если этого требует поиск истины. Идеализация своего вероисповедания происходит в религиозной жизни сплошь и рядом, и она заметна лучше, если смотреть со стороны.

Секты

Когда утверждается свободный религиозный выбор всегда будут люди, предпочитающие своей исторической религии чужие и ищущие свой уникальный путь к Богу. Причины, по которым люди отворачиваются от "свой веры", серьезны, и главная из них - ее несозвучие с тем, что творится у них в душе. Какие бы пропасти, зыбучие пески или болота не угрожали тем, кто решается на духовный поиск вне "своей церкви", многих из них опасности не остановят. У нас много говорится о сектах, превращающих людей в зомби. Предостерегать от тоталитарных сект действительно требуется, но это надо делать, что называется, функциональнее - не пугать высокой ценой (личная свобода, семья, деньги, здоровье и т.д.) , которой придется расплачиваться тем, кого обольщают властолюбивые и порочные гуру за обещанное "просветление" - ведь многие хотят этого просветления любой ценой, - а убедительно показать, что просветление в сектах невозможно. Коллективный опыт духовного поиска, накопленный в неконфессиональной сфере, позволяет сделать как минимум два важных вывода:

1. Духовность того или иного духовного учения обратно пропорциональна значению, которое там придается таким показателям, как время, эффективность, результат.

2. Всякий пророк, мессия, провидец, мистик, учитель и всякое учение ограничены по-своему. Духовный авторитет, не признающий свою ограниченность, вызывает сомнения.

Многие перекосы, крайности и нездоровые явления в духовной жизни происходят из-за замкнутости в своей конфессии, духовной традиции, мистической школе и т.д. Навык общения инаковерующих в России еще не выработался. Сейчас пока еще время нападок друг на друга и уверенности в свой абсолютной правоте. Когда-то такая же ментальность определяла социально-политическую жизнь как в отдельных странах, так и на международном уровне. Контакты и сопоставление взглядов сделали возможными Мастрихтские Соглашения и становление Объединенной Европы. Вряд ли в духовной сфере процессы имеют другое направление, и было бы хорошо, если бы те, кто готовы для общения, начали ли бы его, несмотря на трудности и не ссылаясь на отсутствие общего языка - в общении он как раз и выработается.

1999



Источник: http://www.avilova.org/
Категория: НРД | Добавил: Jeanne1 (23.08.2009)
Просмотров: 677 | Теги: свобода совести, Алла Авилова
Перевести

Лев Толстой

Избранные страницы

Моя сеть
ОСНОВНЫЕ САЙТЫ


Социальные сети
Мои страницы в социальных сетях (тематические, не персональные)
Страница в Фейсбуке: Прогрессивная религия

Страница в ВКонтакте: Независимый исследователь
Страница в Google+: Прогрессивная религия

Моя рассылка
Изучение религии в современном мире: Религиоведческий, социологический, культурно-исторический взгляд.