Воскресенье
25.06.2017
10:12
Приветствую Вас Гость
RSS
 
Свет знания
Главная Регистрация Вход
Материалы о религии (статьи и видео) »
Поиск

Вася Обломов

Меню сайта

Категории раздела
Буддизм [27]
Прогрессивные идеи буддизма: культура, наука, философия
Реинкарнация [7]
Представления о реинкарнации в истории и культуре
Духовные практики [8]
О медитациях, йоге и т.п.

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Поделиться

Время жизни сайта

Главная » Статьи » Восточные направления » Буддизм

Феликс Шведовский. Какому Богу поклоняются буддисты и какую любовь проповедуют

Ответ буддийского монаха на статью православного диакона Сергия Барицкого о "буддийском богоотрицании"

Помогите, разъясните: это благословение Божие или проклятие, изгнание беса - когда православный, завидев иноверца в яркой "нерусской" одежде, издалека накладывает на него крестное знамение? В буддийской культуре положено издали оказывать почтение, поклоном приветствовать последователя любой религии. Однако стоит мне, буддийскому монаху, поближе подойти к наложившему на меня крест, отнюдь не всегда я слышу слова христианской любви.

А может, слова запутывают, лишают жест изначальной глубины? И тогда борьба с бесом, о которой так любят говорить православные, хоть и происходит, но прежде всего внутри самого человека – изгнанием из себя презрения к другому?

По крайней мере, могу допустить такое толкование, исходя из христианской философии позднего Льва Толстого, которая позволила буддологу А.Н. Игнатовичу сравнить ее с идеями главной буддийской книги – "Лотосовой сутры" в работе "Сутра о Цветке Лотоса Чудесной Дхармы" и понимание Л.Н. Толстым "Царства Божия внутри вас". Очень редки подобные исследования, направленные на выявление общего в разных религиях. Гораздо чаще мы сталкиваемся с анафемой Льву Толстому, звучащей и через 100 лет после его смерти, и с демонстративным игнорированием этой важнейшей даты кончины великого мыслителя земли русской. Но отношение РПЦ МП к Толстому – отдельная тема, находящаяся за рамками нашей темы.

Как буддист, я хотел бы ответить по пунктам на статью диакона Сергия Барицкого "Православная мысль о буддийском богоотрицании", опубликованную в марте на портале "Богослов.Ру" в двух частях. Она как раз ищет различия и стремится превознести христианство над буддизмом. Уважаемый диакон Сергий спешит заявить об "атеистичности буддизма, как в ранних, так и в более поздних его вариантах". Однако поздний буддизм – Махаяна (Великая Колесница) - отличается от раннего – Тхеравады (или Хинаяны, то есть Малой Колесницы), как небо и земля. В отличие от Иисуса Христа, у Будды, прожившего в нашем мире до 80 лет, было намного больше времени для изложения своего Учения, и если Христос, ведая о близкой Чаше Распятия, проповедовал Истину без обиняков, то Будда долго готовил своих учеников к ее восприятию, приспосабливаясь к их невысокому уровню развития. И ранний буддизм – это как раз и есть такие вступительные проповеди, которые, будучи вырванными из контекста, действительно выглядят тем, чем и пытается выставить весь буддизм большинство христиан – пессимистическим учением о бессмысленности жизни, устремленным, как пишет диакон Сергий, "к бессущностной пустоте".

Но более поздняя Махаяна опровергает все это. В ней есть понятие "Отца Небесного", коим называет себя Будда, когда говорит в "Лотосовой сутре": "Все живые существа – мои дети". Да, этот Отец отличается от библейского Бога, который как сотворяет, так и разрушает, как милует, так и наказует. Но ведь именно представление о карающем Боге-мздовоздаятеле отверг Иисус, открыв безграничную благость и всепрощение Бога. Эти же качества воплощают собой индуистские божества Шива (разрушение) и Вишну (созидание), и именно потому Будда объявляет себя "Наставником богов", говоря, что Он выше всех этих относительностей, Он никого не наказывает, но думает только о том, чтобы каждое живое существо стало таким же, как сам Будда. Получается, "всеблагость" Будды заключается в том, что, будучи выше самых высших богов, творящих и рушащих мир, Он не действует как их начальник, воспринимая всех потенциально равными себе. До сих пор далеко не все православные готовы "вместить" проповедь о равенстве людей и Бога - равенстве, не унижающем Одного и не соблазняющем гордыней других. По доминирующим христианским представлениям, осужденные на адские мучения навечно остаются там, тогда как из буддийского ада всегда есть выход – ибо Будда дал клятву спасти всех живых существ.

Другое мое несогласие касается употребленного уважаемым диаконом Сергием словосочетания "ненарушимая карма", когда он описывает буддийскую "сансару", во власти которой находятся все существа, включая индийских богов и Брахму. Понятие "карма" многими ложно истолковывается как Фатум. Однако на самом деле карма - это закон причин и следствий и дословно переводится с санскрита как "дела", то есть наши действия и их плоды. Лучше всего смысл слова "карма" передает русская пословица "Что посеешь, то и пожнешь". Слепой карма кажется только тем, кто не верит в реинкарнацию, поскольку плоды наших дел необязательно созревают в этой жизни. Так можно ли называть карму "ненарушимой", если в нашей власти перестать сеять злую карму и начать сеять карму добрую? Этому и учит Будда. Если бы карма была "ненарушимой", то из сансары не было бы никакого выхода, и незачем было бы наставлять на Путь к "нирване", которая в позднем буддизме Махаяны вовсе не является состоянием "бессущностной пустоты", но наоборот, состоянием райского блаженства и вселенского сострадания.

Аналитические способности уважаемого диакона Сергия достаточно глубоки для того, чтобы неожиданно для него самого выявить внутренние противоречия собственного взгляда на буддизм. Так, с одной стороны, он говорит, что карма "ненарушима", а с другой – приводит слова Будды о том, что "человек может спастись сам". Противоречие это он, однако, видит не в собственном подходе к буддизму, но в буддизме как таковом. "Финт ушами" со стороны ума, стремящегося не к самопознанию, а к самоуспокоению, уважаемый диакон проделывает не первым в истории – в чем он честно признается, ссылаясь на русского мыслителя начала ХХ века Д.В. Горохова. По его мнению, проповедь самоспасения "очевидным образом вносит противоречие в буддийское учение о всеобъемлющем законе причинности, при котором никак невозможна свободная волевая деятельность человека, подвластного неумолимому детерминизму". О, Господи! Не проще ли признать ошибочным свое представление о карме как о неумолимом детерминизме?

Уважаемый диакон Сергий прав, приводя слова архиепископа Николая (Велемировича) Сербского о том, что в буддизме важно понятие прамана - "анализ посредством логических рассуждений". Но почему он так уверен в том, что опора на "Теорию верного познания" заменяет буддистам "простую, детскую веру в Поводыря"? Если бы он открыл "Лотосовую сутру", то увидел бы в 16-й главе: "Когда живые существа обретут веру и смирение, станут простыми, искренними в мыслях, и все, как один, захотят увидеть Будду, и ради этого не пожалеют своих тел и жизней, тогда я выйду на Гору Священного Орла и скажу, что вечно пребываю здесь, не исчезаю". Что уж говорить о Бодхисаттве Никогда Не Презирающем – персонаже 20-й главы той же сутры, у которого не было времени на чтение теоретических трактатов, ибо всю свою жизнь он посвятил тому, чтобы ходить повсюду, оказывать почтение всякому, кого повстречает, и говорить: "Я верю, что вы станете буддами". За это его прозвали "глупый монах", изгоняли и били, но он до конца остался верен своему пути. Где тут "логические рассуждения"? Разве это не есть та самая детская вера, детская доверчивость и детская преданность? Правильно говорит цитируемый уважаемым диаконом святитель Николай Сербский: Истина дается не "гордым, самовлюбленным и дерзким, но смиренным, несебялюбивым и кротким". Только неправильный он делает вывод, что в Индии не было таких людей. Как раз были, и эти люди – последователи Будды Шакьямуни!

Верно пишет уважаемый диакон Сергий, что "буддисты анализируют правильность утверждения других буддийских авторитетов и даже Будды". Но только методом их анализа является не рациональная логика, а интуиция сердца. Не о ней ли говорил и Христос в 24-й главе Евангелия от Марка, предупреждая: не идите слепо за любым, кто объявит себя Мессией, ибо будет много лжеучителей?

Потрясает непонимание христианскими мыслителями буддийского сострадания! Яркое свидетельство тому – эта цитата: "В буддизме, по мнению о. Александра (Миропольского), проявляется наивысшее самолюбие с отрицанием истинного Бога и с желанием, уничтожив свое человечество, стать богом. Однако и это заканчивается вполне бессмысленно: погружением в полнейшее равнодушие ко всем существам, "без ненависти к одним и без любви к другим (а таковых Господь изблевати имать из уст своих)".

Да, верно без ненависти и без любви – но с состраданием! Оно ведь, в отличие от них, амбивалентных, перетекающих друг в друга, непреходяще! И как же можно "изблевать" тех, кто из такого великого сострадания ко всем существам готов жертвовать всем, что имеет, вплоть до собственной жизни (а примеры такого самопожертвования во множестве описаны в буддийских джатаках – рассказах о прошлых жизнях Будды Шакьямуни)! К тому же Будда никогда не призывал "уничтожать человечество". Наоборот, из всех шести миров-состояний, от ада до божеств, именно состояние человека Будда считал наиболее подходящим для духовного совершенствования и становления Буддой, ибо страдания человека не слишком тяжелы, а наслаждения не слишком головокружительны, а значит, сердце не замутнено эгоистическими страстями и способно испытать сопереживание – альфу и омегу духовного восхождения.

При всех моих несогласиях с уважаемым диаконом Сергием нельзя не признать точность следующего высказанного им замечания: "Теме буддизма в конце XIX — начале XX вв. немалое внимание уделялось и в российской богословской науке. Это было связано, прежде всего, с тем наводнением оккультных и теософских школ, идей и увлечений, которые активно проникали в Россию из Европы, в доктрине которых буддизм, как и в целом вся мировая мистика (кроме разве что православной), играл роль своеобразного ингредиента".

Как в Россию, так и в саму Европу, да и в ту же Японию буддизм дошел сильно искаженным. Но, что касается Японии, странно, что те христиане, на чей миссионерский опыт часто ссылается уважаемый диакон, не обратили внимания на школу Нитирэн. Эта школа сумела очистить Учение Будды от мистических наслоений, выявив его простую суть, которая выражена в "Лотосовой сутре" и объединяет буддизм со всеми мировыми религиями. Впрочем, они, возможно, еще не застали нового последователя Нитирэна – преподобного Нитидацу Фудзии, который, в свою очередь, очистил от искажений уже саму школу Нитирэн и создал орден странствующих монахов - Ниппондзан Мёходзи. Это произошло уже в 20-х годах ХХ века. Если они действительно искали следы Божьей благодати, то увидели бы, что преподобный Нитидацу Фудзии – один из таких следов. По крайней мере, христиане-католики во второй половине ХХ века это признали и даже позволяли ему и его монахам проводить в католических храмах буддийские богослужения во имя мира во всем мире.

Активная миротворческая деятельность этого ордена полностью опровергает нижеследующее утверждение уважаемого диакона Сергия: "Отсутствие положительной цели в буддизме парализует всякую целесообразную деятельность, а пассивные добродетели (терпение, уступчивость) преобладают над активными. Там есть любовь сострадающая, но, по сути, нет места любви деятельной, освобождающей и творческой". Сам Будда Шакьямуни трижды выходил на поля сражений и усмирял враждующих своим бесстрашием, а его ученики в ХХ веке неоднократно бывали в горячих точках и собирали вокруг себя множество людей доброй воли, готовых отдать свои жизни ради мира на планете. Мало того, сострадание и любовь буддийских монахов были настолько созидательными, что они стали возводить по всей Земле символы ненасилия и единства всех народов – красивые Пагоды Мира, совместившие в своей архитектуре буддизм с элементами культуры различных этносов.

И опять-таки уважаемый диакон, будучи человеком глубокого аналитического ума, чувствует неустойчивость своей позиции и прибегает к последнему аргументу, ссылаясь на С.С. Глаголева: "Глаголев утверждает нигилистическую сущность буддизма причиной его доктринальных метаморфоз. Он (буддизм) нигде не мог долго держаться в своем чистом неприкрашенном виде, но постоянно смягчался и изменялся: нирване придали признаки рая, установили культ, создали теорию помощи высших существ людям".

Но с этим даже не хочется спорить. Буддизм – религия более древняя, чем христианство, и заявлять о том, кто кому чьи придал признаки, занятие заранее бесперспективное.



Источник: http://www.portal-credo.ru
Категория: Буддизм | Добавил: Jeanne1 (09.06.2010)
Просмотров: 1721
Перевести

Лев Толстой

Избранные страницы

Facebook
Страница в Фейсбуке о новых взглядах в религии, реформах и новостях
Прогрессивная религия

Продвигайте также свою страницу

Моя сеть
ОСНОВНЫЕ САЙТЫ


Моя рассылка
Изучение религии в современном мире: Религиоведческий, социологический, культурно-исторический взгляд.

Ссылки
    Modern Church: Liberal faith in a changing world
Другие полезные ссылки см. в каталоге через меню сайта

Вход на сайт